Анализы

Дважды в год, в соответствии с возрастом, а мне уже семьдесят пятый пошёл, я сдаю общие анализы. Очередной поход в мед. лабораторию состоялся месяц тому назад. Отправился туда с утра пораньше, занял очередь. В приёмной лаборатории расставлены скамейки с поролоновой подкладкой, удобно сидеть. Не успел расположиться, как и моё время подошло. Появилась полная лаборантка с рыжей копной на голове, окинув меня насмешливым взглядом, пригласила пройти за ней, “во внутренние покои”. В маленьком закуточке, за занавеской, не особо церемонясь, ловко всадила в вену претолстенный шприц, затем движением поршня на себя вытянула с поллитра крови в цилиндр. Ну, если честно, то примерно граммов 10 или двенадцать. Затем всучила мне в руки пластиковый стаканчик с крышкой и отправила в туалет за мочой.

Дело привычное, не первый раз. Только вот незадача, нет мочи и все тут. И трясу и упрашиваю. Ни капли не выцедил. Нет и всё. Организм упёрся и ни в какую. Выхожу со смущением на лице, объясняю лаборантке свою проблему. Она мне так спокойно:
— Ничего, бывает. Заберите с собой стаканчик, а когда наполните, тогда и занесёте в лабораторию.
Не успел я до дому добраться, как в туалет захотелось. В первую очередь, с мочой разобрался и, нужно отметить, с огромным облегчением. Настроение поднялось, потому как, пока шёл домой, во мне паника росла, думал, может что-то сломалось в моём организме и теперь не видать мне мочи, как своих ушей. Я бережно отложил в сторону, подальше от глаз, наполненный мочой стаканчик и… забыл о нём.
Через неделю, ковыряясь в книжном шкафу, обнаружил эту драгоценность.
“Вот те на ! - воскликнул я с неподдельным огорчением, - мою мочу врач ждёт не дождётся, а она у меня на книжной полке, позабыта, позаброшена”.
Хотел было тут же отправиться в лабораторию, но усилием своего разума и силой воли остановил себя. Этой моче уже неделя исполнилась, неизвестно, какие там процессы начались, наверняка она непригодна. Здравомысленно рассудил я и решил новую набрать. Тут же выплеснул содержимое ёмкости в унитаз, тщательно прополоскал под краном и набрал новую порцию.
В лаборатории спокойно приняли стаканчик хотя и обратили внимание на дату. Пронесло, - обрадовался я этому обстоятельству, азартно захлопывая за собой входную дверь.
Пронесло, да не совсем. Через три дня прозвучал истеричный звонок из поликлиники. Приходите срочно к врачу, она вас ждёт и примет в любое время. Минут через двадцать новый звонок. Сейчас к вам заедет оперативная бригада скорой помощи, вас заберут в центральную лабораторию для повторного, более содержательного, анализа мочи. Не успел я выключить телефон, как новый звонок из поликлиники:
— Карапетян ?
— Да, слушаю.
— Это Олена Тринчук, ваш участковый врач. Как вы себя чувствуете?
— Спасибо, хорошо.
— Вас не тошнит?
— Нет.
— Чувствуете слабость?
— Нет.
— Не бросает в жар?
— Нет.
— Давление измеряли ?
— Да, в норме
— Пульс?
— Пульс 75-77.
— Не пропал ли интерес к жизни?
— Нет, а что случилось ?
— Карапетян, у вас ужасные анализы мочи. Не понимаю, что происходит! При таких результатах обычно счет на дни идёт, а вы ещё и ни на что не жалуетесь. Мы все в шоке.
В эту минуту в дверь постучали.
— Олена, скорая приехала. Нужно дверь открыть.
— Хорошо, я ознакомлюсь с результатами и позвоню.
На том и расстались. Открываю дверь, а там бригада с носилками. Не спрашивая и не интересуясь моим мнением, сваливают на носилки, привязывают ремнями и на выход.
А во дворе, кроме скорой помощи, пожарная машина с полицейским джипом.
И мы помчались, не разбирая дороги, не обращая внимания на цвета светофоров, да под душераздирающий вой сирены.

Привезли, раздели, разули и повели в туалет…

Результаты еще более ошарашили врачей. Но они оказались противоположными прежнему результату, то есть состояние моего организма соответствовало возрасту и никаких отклонений. А пока врачи размышляли о природе медицинской аномалии, вспомнился тот день, когда, наполняя ёмкость новой порцией мочи, на стенках пластикового стаканчика блестели капельки воды, я же не сообразил насухо высушить.
Но, по понятным причинам, не стал сообщать об этом врачам, справедливо полагая, что разъяренные медики стали бы меня бить и причем очень больно.